Российская армия, Вооруженные Силы России   Издательство "Армпресс" - разработка, производство, реализация учебных и наглядных пособий   Воинская слава России, военно-патриотическое воспитание школьников и молодежи
   Информация
 
 
  Об издательстве
  Виды продукции
     Плакаты
     Книги, брошюры
     Видеокассеты
     CD-диски
     DVD-диски
  Журнал “Патриот Отечества”
 
 
  Каталог продукции (заявка)
  Издательские услуги
  Контакты (наш адрес)
 
 
  Журнал “Патриот Отечества”
     Тематика
     Сотрудничество
     Анонс номера
     Полезные страницы
     Материалы журнала
 
   

 

НЕ СТРЕЛЯЙТЕ В ИДЕАЛЫ
Иван КОЖУДУБ, генерал-полковник в отставке,
участник Великой Отечественной войны 1941-1945 годов,
трижды Герой Советского Союза

Во время Великой Отечественной войны 1941-1945 годов лишь два советских воина получили трехкратный титул Героя Советского Союза. Один из них – самый результативный летчик-истребитель советских ВВС Иван Никитович Кожедуб, 90-летие со дня рождения которого мы отмечаем в июне этого года. Он одержал 62 воздушные победы и является лучшим асом авиации союзных армий.

ЛЕТЧИК-АС родился 8 июня 1920 года в деревне Ображиевке Сумской области. В 1939-м в аэроклубе осваивает У-2. В следующем году учится в Чугуевской военной авиационной школе летчиков. Учится летать на самолетах УТ-2 и И-16. Как одного из лучших курсантов его оставляют на должности инструктора. В 1941-м с началом войны вместе с персоналом школы эвакуируется в Среднюю Азию. Там просится в действующую армию. Только в ноябре 1942-го получает направление на Степной фронт в 240-й истребительный авиаполк, которым командовал участник войны в Испании майор Иван Солдатенко.

Первый боевой вылет совершает 26 марта 1943-го на Ла-5. Он был неудачным. Во время атаки на пару Bf109 его Лавочкин был поврежден "мессером", а затем обстрелян зенитной артиллерией советской ПВО. Кожедуб смог довести машину до аэродрома, но восстановить ее уже не удалось. Следующие вылеты совершал на старых самолетах и только месяцем позже получил новый Ла-5.

Курская дуга. 6 июля 1943 года. Именно тогда 23-летний пилот открывает свой боевой счет. В том поединке на его вооружении было, пожалуй, одно – отвага. Он мог быть подбит, мог погибнуть. Но, вступив в составе эскадрильи в схватку с 12 вражескими самолетами, молодой летчик одерживает первую победу – сбивает бомбардировщик Ju87. На другой день он одерживает новую победу. 9 июля Иван Кожедуб уничтожает два истребителя Bf109. Так зарождалась слава выдающегося советского летчика, так к нему приходил опыт. В августе 1943-го молодой летчик становится командиром эскадрильи. К октябрю на его счету уже 146 боевых вылетов, 20 сбитых самолетов, он представляется к званию Героя Советского Союза (присвоено 4 февраля 1944-го). Кожедуб на равных дерется с немецкими асами. В его активе – смелость, хладнокровие, расчет. Технику пилотирования он умело совмещает с ведением огня, но перед ним – еще широкое поле для шлифовки боевых приемов. В боях за Днепр летчики полка, в котором воюет Кожедуб, встретились с асами Геринга из эскадры "Мельдерс" и выиграли поединок. Увеличил свой счет и Иван Кожедуб.

В мае-июне 1944-го он дерется на полученном Ла-5ФН за № 14 (подарок колхозника Ивана Конева). Сначала сбивает Ju87. А затем на протяжении шести следующих дней уничтожает еще 7 машин противника, в том числе 5 Fw190. Летчик второй раз представляется к званию Героя Советского Союза (присвоено 19 августа 1944-го).

Тогда в биографии летчика произошел удивительный случай. Авиации 3-го Прибалтийского фронта доставляла беспокойство группа немецких асов во главе с майором Вильке. Он сам одержал 130 воздушных побед (из них 30 с его счета сняли за уничтожение в горячке трех своих истребителей), десятки побед одержали и его сослуживцы. Для противодействия асам на фронт с эскадрильей опытных летчиков прибыл Иван Кожедуб. Итог – 12:2 в пользу советских асов.

В конце июня Кожедуб передает свой "четырнадцатый" другому асу – Кириллу Евстигнееву, и переходит в учебный полк. Однако в сентябре сорок четвертого пилот направляется в Польшу, на левое крыло 1-го Белорусского фронта в 176-й гвардейский Проскуровский Краснознаменный, ордена Александра Невского истребительный авиаполк (заместителем командира полка), и ведет бои уже способом "свободной охоты" – на новейшем советском истребителе Ла-7. На машине с № 27 он провоевал до конца войны, сбив 17 машин противника.

19 февраля 1945 года Кожедуб вписывает в свою биографию новый важный штрих – уничтожает над Одером реактивный самолет Ме262. Шестьдесят первый и шестьдесят второй самолеты противника (Fw190) он сбивает над столицей Германии 17 апреля 1945 года в воздушном бою, который как классический образец изучают в военных академиях и училищах летчиков. В августе 1945-го ему в третий раз присваивается звание Героя Советского Союза. Войну Иван Кожедуб закончил в звании майора в 24 года. В 1943-1945 годах он выполнил 330 боевых вылетов, провел 120 воздушных боев, во время которых сбил 62 самолета противника. Советский летчик не проиграл ни одного поединка и является лучшим асом авиации союзников.

В 1951-1952 годах Иван Кожедуб командовал 303-й истребительной авиадивизией, пилоты которой принимали участие в боях в Корее против авиации США. Позже служил на командных должностях в советских ВВС. Ему было присвоено звание генерал-полковника авиации. Умер он 8 августа неспокойного 1991-го и был похоронен 12 августа на Новодевичьем кладбище в Москве. Бронзовый бюст Героя установлен на родине в селе Ображиевке. Его Ла-7 экспонируется в музее ВВС в Монино. 9 мая 2010 года памятник выдающему асу был открыт в Киеве.

Представляем на суд читателя последнее интервью И. Н. Кожедуба, которое он дал в канун 45-летия Великой Победы автору этих заметок, в то время обозревателю "Красной звезды". Центральная военная газета опубликовала его 5 мая 1990 года под заголовком "Не стреляйте в идеалы".

Анатолий ДОКУЧАЕВ

Слов нет, Иван Кожедуб – личность легендарная. О нем есть книги. Множество статей уже написано. А что думает сам Кожедуб о роли в войне незаурядных людей?

– Если говорить о людях, для которых характерны такие качества, как непоколебимое мужество, стойкость, верность присяге, воинскому долгу, то, безусловно, их роль в достижении победы мы еще недостаточно оценили. Поясню на примерах.

Безусловно, 59 самолетов уничтоженных Покрышкиным, весомый вклад в Победу – разбито несколько авиаэскадрилий врага. Разумеется, важно то, что Александр Матросов, закрыв амбразуру, обеспечил продвижение в бою подразделению и полку в целом. Основной же, думается, их вклад в Победу состоял не в этом. Их пример рождал в людях бесстрашие, потребность искать новые способы уничтожения противника – вот главная их значимость. Кстати, наши асы (3 процента от всех летчиков) уничтожили 30 процентов самолетов противника. Асом считается летчик, одержавший не менее 3-5 побед в воздушных боях.


Летчик И. Н. Кожедуб – впоследствии трижды Герой Советского Союза (слева), 6, 7 и 8 июля 1943 г. сбил четыре самолета противника. Друзья поздравляют его с победой

Порой одно имя звало на подвиг сильнее, чем сотня самых строгих приказов. Учащенно забилось сердце у нас, еще не побывавших в бою летчиков, когда увидели, что в полк поступили новенькие Ла-5 с надписью на бортах – "Имени Валерия Чкалова". Ту партию самолетов построили на свои сбережения его земляки. Чуть позже в полку командир зачитал письмо, поступившее вместе с самолетом: горьковчане просили быть достойными Чкалова. Могли ли мы, юные лейтенанты, не выполнить тот наказ? Ведь многие в авиацию пошли только из-за того, что слышали о подвигах Чкалова, Громова, Каманина, Водопьянова...

Для меня, к примеру, яркой личностью по сей день остается мой командир звена младший лейтенант Иван Габуния. С ним в паре (ведомым) я совершил свой первый боевой вылет. У него учился хладнокровию, смелости. Казалось, все в нем говорило: соткан для подвига. Жаль – погиб...

Боевой счет я открыл на Курской дуге 6 июля 1943 года. Первый обитый самолет – за погибшего командира полка Игнатия Солдатенко. Второй – за Вано Габунию. Третий – за Василия Пантелеева... Менее чем через два месяца вогнал в землю восемь самолетов. Помогал мне в боях образ бесстрашных моих друзей.

Яркая личность – стержень, костяк, мотор, сердце эскадрильи, полка, дивизии... Как на войне, так и в мирное время. Без них бы жизнь тлела.

Но тут уместно заметить: обязательное свойство крупной личности – уважение к людям. Или я не прав?

– В жизни не все идеально. Скажем, у Жукова были передержки в этом вопросе. И все же в памяти людей он остался человеком, который более всего ценил солдата.

Огромное впечатление на меня произвел, например, главный маршал авиации Александр Александрович Новиков. Талантливый организатор Военно-воздушных сил в годы войны, он по ее окончании попал под машину репрессивного аппарата. Шесть лет изоляции. Но они не сломили его. После реабилитации командовал дальней авиацией. На закате своей жизни, больным человеком, возглавил открывшееся в Ленинграде Высшее авиационное училище Гражданского воздушного флота. Я служил в то время в городе на Неве и могу засвидетельствовать: это был большой души человек. Отдавался весь новой работе, любил литературу, искусство, писал стихи.

Страна взрастила героев, ставших остовом нашего высокого морального духа. На них бы и ориентировать нашу молодежь. Общество нуждается в идеалах.

Есть и другие мнения на этот счет. Вот, например, философ Александр Сергеевич Ципко предлагает новый взгляд на идеалы, на "тиражирование" их. Смысл сводится к тому, что в жизни нужно самопожертвование, нужны герои, которые подтягивают к себе остальных. Но опасно, когда такой тип поведения навязывается всему обществу под видом идеала. Человеку нужно создавать условия для выбора добра, красоты, показывать образцы, стимулировать духовные совершенства. А уже выбор пусть он делает сам.

– Читать это у Ципко интересно. Но не более. Выходит, мы должны перестать ориентировать людей на яркие личности. Не получится ли, что в общественном сознании образуется вакуум, его непременно заполнят другие идеалы – культ силы, вещизма... Это в общем понимании проблемы. Что же касается периода войны, то никак не могу согласиться с доктором наук, бывшим, впрочем, активным комсомольским идеологом застойных лет. Не без его участия проводились в стране массовые акции памяти. Теперь, оказывается, нам не нужны были сотни Космодемьянских, Матросовых... А я скажу так: не зря погибли Зоя Космодемьянская, Александр Матросов, не зря отдал жизнь мой друг Вано Габуния. Своей смертью они спасли десятки своих соотечественников. Таков был их выбор. Да и не воспитывалось в нас бездумное самопожертвование, как это утверждает Ципко. Сужу об этом по летчикам.

За войну наши пилоты неоднократно таранили врага. А я не помню случая, чтобы кто-то из командиров, старших начальников, приезжавших в полк, пропагандировал таран как боевой прием, если его таковым можно назвать. Отношение к нему у всех было однозначным – вынужденная мера. Вот Виктор Талалихин. Позади него была Москва, и он считал, что не может поступить иначе.

Конечно, история знает случаи фанатизма. Скажем, японские солдаты при неудаче в бою вспарывали себе животы. Спрашивается, зачем? Или вот – камикадзе – летчики-смертники, несшие бомбы вплоть до момента столкновения его с целью. Эффективными оказались не более 20 процентов вылетов. И уж совсем нельзя понять кайтен (людей-торпед). Явное отклонение от психической нормы.

Фанатизму у нас не должно быть места, а вот формировать у человека крепкий характер, чтобы он в критической ситуации мог поступить честно, по совести, пойти на риск, проявить мужество, – задача всего общества. Иначе отважных людей просто не будет, героями, как известно, не рождаются. И что ж плохого в том, что молодежь будет подтягиваться до планки нравственности, поднятой нашими героями. Только не надо сегодня стрелять такими сомнительными статьями в идеалы, поднявшие людей на массовый подвиг и принесшие победу.

А может, нахлынувшая волна дегероизации идет от того, что личности, на которые ориентировались мы, – в частности люди послевоенного поколения, – оказались, мягко говоря, подретушированными?

– Не в ретуши дело, хотя "позолотой" занимались многие, и ваш брат, журналист. Сейчас это вредит и самим героям, и делу воспитания. Но истина, в конечном счете, проясняется. Хочу опять напомнить о маршале Жукове. Его славу пытались умалить, стереть, потом преувеличить, раздуть до культа. Но великий полководец занял свое место в истории, и мы его узнаем таким, каким он был в жизни. А возьмем Алексея Стаханова. Что только не говорили, не писали о нем. Мол, его рекорд совершен по указке Сталина. Уголь на-гора добывала вся бригада. Он был кумиром в предвоенные годы, а большую часть жизни – забытым человеком. История все расставила по местам. Стаханов остался Стахановым, ибо рекорд поставил сам лично, без помощников. Вот вознесли его до небес – это по указке, предали забвению – это уже слепая реакция на передержки прошлого, но рекорд-то настоящий. Сейчас подобные споры идут об Александре Маринеско. Остынут споры, унесут ручьи времени пену, и обнажится истина, а она бывает одна.

Жаль, теперь молодым подсовывают других "героев", тех, кто может набить кошелек, кто красиво говорит с трибуны, кто призывает все и вся крушить... Уже в некоторых изданиях не прочтешь очерк об инженере, внедряющем новую технологию, хлеборобе, выводящем новый сорт пшеницы, офицере, несущем службу в суровых условиях, зато страницы изданий заполонили те, кто собирается на площадях, стадионах – на митинги. Благо, что есть люди, не поддающиеся, как говорится, на удочку. И среди них – фронтовое поколение, давшее стране образцы поступков, которыми и сейчас гордится народ.

Вот вы упор делаете на фронтовое поколение. Это понятно, ему присущи особенные черты. На какой "закваске" росли Кожедуб, Покрышкин...

– Не продолжайте. Список фронтовиков, с кого бы можно делать жизнь, весьма велик и без меня. Воспитывались мы на любви к Родине. Сейчас кричат: обманутое поколение. Но в чем же я оказался обманутым? Что пошел защищать свою землю? Ведь мы не бюрократический аппарат защищали – Родину. Печально, если кому-то сегодня это не понятно...

Сейчас, в пору гласности, многое становится известно. Появились публикации, где пишется: дескать, наши асы не дотянули до немецких. Кожедуб с Покрышкиным вместе сбили 121 самолет, а вот немецкий летчик Хартманн – 352 самолета (347 советских и 5 американских). И это с октября 1942 года. Обидно, наверное, за такое сравнение?

– Лично я ценил многих немецких летчиков за профессионализм, а поэтому был горд, когда выходил победителем в бою. Престижно было сбить не слабачка. Теперь о цифрах. Они мне известны. Правда, по-моему, немцы считали по моторам, сбил четырехмоторный самолет – плюсуй четыре единицы. Но это к слову.

Результат Хартманна и других немецких пилотов – это достижения, прежде всего, техники. Свой рейтинг Хартманн набрал на истребителях, которые по качеству на порядок выше противостоящих им. И второй момент. У немцев была возможность готовить летчиков к первому бою на протяжении двух лет, осторожно "обкатывать" их в боевых условиях. Как правило, молодые не вступали в поединки, а только наблюдали за нашими действиями. Осваивали, так сказать, нашу методику. У нас такой возможности не было. Большинство по прибытии на фронт сразу же вступало в бой. Вот новички и попадали под пушечный или пулеметный огонь того же, скажем, Хартманна.

С опытными, "обстрелянными" летчиками они не выдерживали противоборства. Помню, в сорок четвертом нашей авиации на 3-м Прибалтийском фронте доставляли беспокойство группы немецких асов во главе с майором Вильке. Он сам сбил 130 самолетов. Правда, 30 самолетов с его счета сняли за уничтожение в горячке трех своих. Я прибыл с эскадрильей на фронт для противодействия ему. Итог – 12:2. Так что имею полное право гордиться своим боевым счетом. И потом мы никогда не считали самолеты, уничтоженные совместно с новичками, так как те начинали свой личный боевой счет, и это было важно для их самоутверждения.

Есть ли у вас "американский счет"? В начале пятидесятых вы оказывали интернациональную помощь корейскому народу, отражавшему агрессию, вступали в бой с американскими пилотами...

– Было такое. Вылетел на реактивном МиГ-15 на встречу с противником, но в бой не вступал, запретили. Маршал Советского Союза Матвей Васильевич Захаров так распорядился: "Командир дивизии должен находиться на командном пункте, а не сражаться в небе". Наверное, он прав. А счет такой все же имеется – тут уж ему родитель "холодная война". Летчики дивизии, которой я командовал, сбили 258 самолетов. Немало.

А как сегодня складывается рабочий день прославленного летчика, в будни, в выходные?

– Беседы, встречи. Участие в работе Съезда народных депутатов. Времени мало. В выходные дни читаю. Если телевизионная передача интересная – не пропущу. Люблю постоять с удочкой на пруду. Раньше отдых был активнее. Увлекался театром (особенно опереттой), выезжал на охоту. Но годы берут свое.

Что бы вы пожелали читателям "Красной звезды" в эти предпраздничные дни?

– Ветеранам крепкого здоровья, а молодежи? Давайте закончим тем, с чего начали. Следовать идеалам добра, любви к людям, уважения к труду, быть способным стать за Отечество, не жалея, как говорится, живота своего.

Подготовил Анатолий ДОКУЧАЕВ,
«Патриот Отечества» № 6-2010

 

 

 
(C) ООО “Армпресс” все права защищены
Разработка и создание - scherbakov.biz & ametec.ru
Телефоны: (499) 178-18-60, (499) 178-37-11, 8 (903) 672-68-49
109263, г. Москва, ул. 7-я Текстильщиков, д. 18/15, “Армпресс”